Сегодня, наконец, вырвался, куда и хотел – в лагерь. Каких-то грандиозных планов я не строил, так как только на велике выходит около тридцати километров в обе стороны. А там и пешком еще наберется. Решил погулять без фанатизма по лесным дорогам, чтобы не перегрузить колено. С треккинговыми палками, понятно.
Наметил примерный маршрут, чтобы не больше десяти километров оттопать. Десять километров я уже ходил и тридцать ездил, так что должно быть по силам. Заодно проверю одну новую просеку.
Начну с обвалившегося корпуса, который я сфотографировал в сумерках. Вот он во всей красе:
Видок, как от прямого попадания авиабомбы. Непонятно, чем его так раскидало? Или настолько удачно сложился (т.е. разложился) под тяжестью снега? Следов техники не видно. Но кто-то в паре мест прицепил сигнальную ленту – типа не ходи, а то снег в башка попадет.
Дальше я спрятал велик (с):
И мимо живописной изгороди направился на север:
Проходя недавнюю вырубку, увидел следующий плакат:
Сперва я подумал, что посадили лишь елки, что видны за плакатом, но, присмотревшись, увидел ряды молоднячка в высокой траве. И это хорошо!
Здесь в лесу посуше, чем у нас. Конечно, хватает и речек, канав и болот, но местность повыше, сам лес чище, и дороги не заросли травой выше головы. По обочинам много папоротника:
Местами папоротник вырос с меня ростом, казалось, что из зарослей вот-вот выскочит какой-нибудь велоцираптор.
В лесу было приятно. Как только ушел с наезженной дороги, исчезли ямины и лужи, ноги ступали, словно по мягкому ковру:
И еще повыше, тут я свернул на запад:
А это пока еще мелиорационная канава, которая дальше превращается в широкий приток Слогавки:
Пожарный пруд:
Если идти на запад дальше, то попадешь в обширный заболоченный район, где Слогавка соединяется с несколькими протоками. Я там налазился в позапрошлом году, больше что-то не тянет.
Напротив пруда через канаву устроена переправа. В прошлом году она представляла собой тропу в высокой траве с воткнутыми палками-вехами, по которой можно было пройти, не сильно извозившись.
Теперь по ней проехал трактор и все перемесил. Палки исчезли, но зато появилась колея, которую хорошо видно. В одном месте приходится ступить по щиколотку в грязь, но в целом ничего существенно не поменялось.
Непонятно, куда исчезает в этом месте вода, тем более, вниз по течению ее становится все больше и больше. Наверное, под переправой проложены трубы, по которым она и течет.
Миновав переправу, я вышел на просеку. Где-то с километр я по ней уже ходил, когда возвращался после исследования «загадочного военного объекта». Сегодня я хотел пройти по этой просеке до бывшей бетонки, которая идет через весь лес с северо-запада на юго-восток и доходит почти до полигона.
Говорят, что в советские времена по ней на полигон и ездили. Сейчас же ездят до шоссе у Аверкиево, а эту дорогу забросили и даже повыковыривали из нее почти все плиты. Я собирался перейти по бывшей бетонке Дрезну и вернуться, как возвращался из Чижей. В Викимапии пишут, что в районе пересечения с Дрезной дорога разрыта до безобразия – хотелось посмотреть на это своими глазами.
Просека в прошлом году была одним сплошным разливом. По ней вывозили бревна с вырубки, которую я принял за некий «объект» и раскатали по полной программе. После недавней жары она здорово подсохла. Понятно, хватало и разливов, но где колеи были не такие глубокие, осталась лишь неглубокая слякоть:
И везде, везде виднеются следы зверей. Лосей, возможно, кабанов. Я даже не ожидал, что их в лесу настолько много. Обычно ведь как? Либо сухо, и тогда такой горе-следопыт, как я, ничего не замечает. Либо глубокие лужи, в которых следов не видно. Попадется кое-где отдельный отпечаток копыта, да и все.
А сейчас появилось очень много участков с такой слякотью. И большинство буквально испещрены следами животных. Только человеческих нет, разве что мои.
Пройдя довольно далеко по просеке, убедился, что даже в глухом лесу невозможно скрыться от повседневности. Вот, пожалуйста, маска:
Вообще, много мусорят. Даже по мелочи. Когда шел к переправе, смотрю – валяется фантик от конфеты. Метров через сто – бутылочка от йогурта. Потом еще какая-то обертка, не стал переворачивать. Шел кто-то, конфету захавал, фантик бросил. Йогурт выжрал, бросил бутылку. Ну, как так можно?
Дальше по просеке подсохшая слякоть сменялась залитыми водой участками:
Меня порядком удивляет – откуда берутся эти разливы и почему они не высыхают в жару? Я понимаю, ручей бы какой протекал. Но нет! Раскатали колею до грунтовых вод? Пока это единственное, что приходит в голову.
Но вот дорога свернула с просеки, и идти снова стало приятно:
Еще один предположительно пожарный пруд. Уж больно ровные у него очертания берегов:
И вот, наконец, бывшая бетонка:
Плит нет, но все лужи высохли. Знать бы, что она везде сейчас такая, можно было бы прокатиться по ней на велике. По бетонке надо пройти метров двести на юго-восток, потом она повернет на восток, пересечет Дрезну и метров через семьсот завернет на юго-восток опять. Там отходит дорога на северо-восток, к Чижам. Мне останется пройти еще семьсот метров и нырнуть в лес в сторону лагеря.
После первого поворота я обнаружил сохранившиеся плиты:
Палки непривычно цокали по бетону. Я все высматривал Дрезну и гадал, смогу ли без потерь ее преодолеть. Но никаких луж или ям я не встретил. Совсем наоборот – весь этот участок дороги был с хорошо уцелевшим покрытием. По обочинам росли деревья, в канавах блестела вода.
Так я дошел до поворота на Чижи. Стоп! А где же месиво и Дрезна? Я не увидел ни того, ни другого. Последнее особенно удивительно, потому что Дрезна в этом месте совершенно точно протекает. Все, что я видел, это разливы в придорожных канавах:
Но реку я просмотрел. Наверное, под дорогой ее «убрали» в трубы. Но я даже никакого прогала в деревьях не увидел! А ведь я пересекал Дрезну всего в каких-нибудь трехстах-четырехстах метрах южнее – у нее была довольно широкая пойма.
Свернув на юго-восток, я увидел всю ту же сухую дорогу:
Может, и вправду проедусь на велике, пока дождей нет. Дорога-то интересная – идет через весь лесной массив, по ней можно аж до станции Фрязево доехать. Надо успеть пока не ливанет, а то даже пешком идти неприятно будет – одни лужи.
Какие, однако, шишки!
Когда я дошел до поворота в лес, начало смеркаться. Я поспешил – зная, насколько разрослась трава, хотел засветло найти тропу, по которой можно было пройти напрямик. Дойдя до перекрестка просек, на котором надо было сворачивать, увидел что нужную мне как следует расчистили. Раньше там была тропка в высокой траве, а теперь широкая дорога.
Пройдя по ней до поворота на искомую тропу, увидел, что трактор проехал по просеке дальше. Было непонятно – слева шла все более углубляясь и наполняясь водой широкая мелиорационная канава. Через пару сотен метров в нее втекала справа еще одна канава. В этом месте переправиться можно разве что вплавь. Неужели, это место засыпали, и там теперь можно пройти? Надо будет разведать.
Но еще важнее, куда трактор поехал дальше. Если он расчистил просеку до конца – это вообще шикарно. Я получу нормальный доступ в те места, куда еле продирался сквозь бурелом. Только бы не сглазить!
Тропа еле различалась в траве. Место, где она выходила на просеку, я узнал – там была своеобразная арка из склонившегося дерева. Кроме того, у меня в навигаторе стояла маршрутная точка. А вот дальше все заросло. По тропе мало ходили, так что отдельные участки я шел вслепую «по приборам».
Надо было дойти до переправы через канаву, дальше тропа выходила на старую грунтовку. Дойдя до гати и перепрыгнув на другой берег, я достал ПНВ – уже совсем стемнело.
Пока прицеплял к шлему противовес, втыкал в шрауд рог, в лесу вдруг раздалось этакое «Пи-иу… пи-иу… пи-иу». Звук был настолько чужеродным, что я стал машинально озираться – никак началось нашествие марсиан. Но все было тихо. Я закрепил и включил прибор, закинул за спину рюкзак и пошел дальше.
Дорогу с прошлого года подзавалило, но не сильно:
Тут опять послышалось «Пи-иу… пи-иу… пи-иу». Теперь я сообразил, что это такое. Сирена доносилась со стороны полигона, до которого было чуть больше километра. Ага, думаю, это у вас вечерняя «фанера к бою?»
Интересно, что будет дальше. Но, хоть я и был внутренне готов к различным сюрпризам, когда на полигоне вжарили одновременно из четырех стволов, я подскочил на месте от неожиданности. Долбили хорошо – на весь лес. Не то, что в прошлом году. Но как-то очень уж редко.
Дадут залпом по длинной очереди, потом молчат от двадцати секунд до трех минут. Затем опять и снова тишина. Я хотел записать стрельбу на диктофон, но никак не мог поймать начало. Только выключаю – стреляют.
Ладно, решил подождать. Может, еще разогреются. Вышел на дорогу, до лагеря осталось два с чем-то километра.
Видимость была отличная, лес, несмотря на темноту, просматривался как в солнечный день:
Я достал бутерброды и подкормился, слушая редкую стрельбу. По-прежнему работали четыре ствола (два звонких и два глухих), но теперь по очереди, попарно. Трудно сказать, из чего конкретно стреляли – автоматы и пулеметы, или, может, автоматы разных калибров. Или глухие были в укрытии, а звонкие под открытым небом. Темп и почерк у них был похож.
Стреляли все так же, с длинными паузами. Я поставил диктофон на запись и потихоньку пошел вперед, останавливаясь при звуке выстрелов. Вот, можете послушать – ничего не трогал, только паузы вырезал:
Так я дошел до просеки, по которой мне надо было свернуть на запад. Вместо этого, я свернул на восток и решил пройти в сторону полигона. Там через четыреста метров будет завал (дальше не пролезешь), зато я приближусь к полигону метров на триста пятьдесят. С такого расстояния стрельбу будет лучше слышно.
Когда я дошел до завала, с превеликой радостью обнаружил, что просека вдоль канавы (та самая, по которой я шел к своей тропе) расчищена и здесь. То есть, я теперь могу возвращаться этим путем, а также попасть на просеку, по которой я «окружал» полигон.
Чтобы проверить свою догадку я даже дошел до знака «Стой! Стреляют!»
– Стою!
– Стреляем!
Можно было пройти и дальше – разведать всю просеку, но я и так сегодня оттопал сильно больше, чем планировал. В следующий раз.
Зато стрельбу было слышно замечательно. Еще немного записал:
Только выключил диктофон, как стрельба стихла и больше не возобновлялась. Времени было где-то половина двенадцатого. И это правильно – война войной, а отбой по расписанию!
Я пошел по просеке обратно, на восток. Пересек дорогу, по которой пришел, и почти сразу попал в завал из трех сосен, через который еле пролез. Но дальше был чисто, и через километр с небольшим я вышел к знакомой кузяевской скамейке:
Трудно передать, с каким наслаждением я на ней вытянулся. Ноги не то, чтобы устали или болели, но после операции я еще столько не ходил и немного отвык. Посидев минут пять, пошел к велику.
Вырубка перед лагерем:
Из-под ног начали выпархивать какие-то птицы. И немаленькие – крупнее вороны. Не знаю кто такие (орнитолог из меня еще тот), но чувствую – дичь! Спугнул нескольких, а потом наткнулся на пару, которые меня почему-то не заметили. Одна все-таки улетела, а вторая помахала крыльями, да и села обратно. Я ее даже сфоткать ухитрился:
Звук затвора ее спугнул (не понимаю, зачем их в телефоны пихают), и она тоже улетела. Хотелось бы узнать, что за птица. Вот ее голос:
Проезжая через лагерь увидел еще корпус, «переживший бомбардировку». Ну, этот-то таким был давно. Я хотел его сфоткать днем, для сравнения, но забыл. Вот он в ночном видении, так даже страшнее:
А это винтажная водонапорная башня, которая у меня получилась сильно пересвеченной в прошлом году:
![](https://minor.greedykidz.net/wp-content/uploads/2020/08/20200822_002034-1024x768.jpg)
Не совсем корректное сравнение – тогда внизу горели фонари. Но сейчас я бы ее и с фонарями снял, как надо.
Нагулял сегодня почти пятнадцать километров. Это не считая велика. Перебор для первого раза, надеюсь, ноге не поплохеет.
На неделе опять пекло обещают – задрало, сколько можно уже!